Агентство исследований кризисных ситуаций

Рубрика «Частное мнение» Василий Мельниченко

Конец реальности «ч2»

Новое Средневековье

Какое-то время назад в обиход вошел термин Новое Средневековье. Этим описывался процесс религиозного возрождения и претензии на сверхвлияние крупных религиозных групп – мусульмане, православные – в ряде регионов. В полной мере понятие «Средневековье» не отражает наблюдаемые нами процессы, но с добавлением слова «Новое» вполне пригодно к использованию. Это как взять старую брошь и вписать в костюм из синтетических тканей. Место броши (или религии) определяется как наиболее устойчивой и особо ценной в условиях часто меняющихся костюмов.

После того, как «Бог умер» началась по-настоящему новая эпоха – эпоха капитализма картелей и корпораций. Карл Ясперс в середине двадцатого века очень ярко описывал состояние растерянности Новых европейцев, чья жизнь оказалась под угрозой обессмысливания. Распорядок жизни, диктуемый традиционным укладом, в эпоху летающих машин разрушился, в качестве смыслообразующих ситуаций для человека стали выступать болезни или судебные тяжбы. В целом сложилась в культуре невротическая ситуация, когда единый, как казалось, центр управления жизнью рассыпался на множество случайных скрытых тригеров. А общность, которая мыслилась в качестве единого тела Христова, стала функциональной раздробленностью деталей, включенных в оборот страховок, покупок, кредитов, бонусов и штрафов. Целым теперь представлялась только гигантская машина капитализма. Но таковой она представлялась в основном марксистам. Многие прочие просто утратили перспективу зрения, которую мы называем мировоззрением.

Очень показательным является появление и развитие фотографии, позже кинематографа и искусства Новых медиа. Технологичные искусства не в состоянии существовать вне индустрии. Там, где не производят камеры, пленку, матрицы, процессоры, химию, невозможен медиа-арт. Художник утратил часть своей свободы, став проповедником техногенного взгляда на мир. А владение — владение и как собственность, и как умение обращаться, техникой — стало сродни стяжанию благодати. Какой маркой автомобиля, фотоаппарата, стиральной машины владеет человек? От ответа на эти вопросы зависит то, насколько сильно бог любит вас. Общество сегрегируется через бренды, это такие монашеские ордена современности. Найк, Адики или Нью Бэланс для нео наци. И в каждой такой малой общности свое божество. И своя модель реальности. Все как в Средние века, когда сказочная модель мира, диктуемая священными текстами, была доминирующей по отношению к онтологической реальности.

И тому было реальное подтверждение. Природа не зависела от человека. Человек был жертвой природных сил. Человек мог построить дом, но не мог создать Вселенную. Солнце было огромным, а метеориты или болезни чрезвычайно разрушительными. И кто-то все это создал и управлял этим. Собственность была условной. Человек пользовался землей потому, что Бог даровал ее королю, король в надзор – герцогу, герцог – еще кому-то, крестьянину ничего не оставалось как работать на ней во славу божию. Но и для бедолаги было утешение: всегда мог появится святой Георгий и убить дракона. Пусть не в вашей деревне, но в соседней точно такое бывало.

Сегодня все тоже самое. Соседка волшебно похудела от волшебных таблеток, у соседа соседа по больничной койке пять любовниц в день в его 82, а все оттого, что он пьет волшебные таблетки. Наша жизнь пронизана волшебством. В мире созданном рекламой – обращаю ваше внимание вновь на первенство эстетического режима – возможно все: исцеления от всех болезней, почти бессмертие. Принцессы выгуливают драконов на поводках, а рыцари с айфонами ищут покемонов. Но есть во всем этом потоке Средневековья в наш день нечто действительно новое. Новый миф лишен своей трансценденции, не несет смысла выводящего за пределы физики, не дает глобальной описательности мира. Назначение мифа сегодня – дать надежду перебраться в иную страту, а это зависит от качества кожи, наличия правильных вещей и умения посмотреть на собеседника особым образом. По сути, социальная коммуникативная знаковая система обрела религиозный статус. Но где здесь бог? Ведь религия – это связь. Марка является атрибутом бога, сам Он скрыт за дверями офисов корпораций, где реальность придумывают для нас тысячи специалистов в различных областях. Он уже не Троица. Он Множица, но в едином капиталистического производства и пропаганды. В какой-то связи со всем вышеописанным находится утверждение группы французских психологов – исследователей, что половина населения Земли утратила возможность к аналитическому мышлению.

Точка сборки.

Мировоззрение стало ситуативным. В зависимости от поставленных или предложенных целей человек легко меняет модель мира в своем сознании. Это как в компьютерных играх или в жанре фэнтази: вы переходите от одного мира к другому миру и всюду действуют разные правила, и всякий уровень можно переиграть заново. Неизменным остается только один фактор – необходимость выжить. Выжить – это простейший смысл, который может себе позволить современный человек. Этим объясняется, что сегодняшний день – не изобилует героями. Революции 60-х имеют ностальгический и романтический флер сегодня как раз в силу невозможности повторения этого опыта. Сетевое общество — это множество, соседствующих, соприкасающихся, но изолированных моделей мира, но до сих пор еще описываемое в рамках национальных или культурных границ.

Все, что определяло единство мировоззрения – называлось Властью с большой буквы, государством, с его биополитикой, духовной и светской властью. Все, кто сегодня не вписываются в ситуацию расколотой на множество частей реальности, замкнутой на самой себя без телеологической перспективы, неизбежно радикализуются, или же становясь традиционалистами, апеллирующими к религии и национальному или религиозному государству, или же уходят в стан радикальных мыслителей, художников, активистов. Эпоха, которая мыслилась Фукуямой как Конец истории, концом утопий, оказалась очень активной в части спроса на утопии. Группы, находящиеся на полюсах общественной модели, с враждой смотрят друг на друга и с еще большей ненавистью на обитателей мира брендов, живущих между новыми утопистами. Как и к кому обращаться с проповедью сегодня тем, кто мечтает о подлинном сообществе и с кем в реальности имеет сегодня дело пророк? А журналист – расследователь – сегодня никто иной как библейский персонаж, взывающий к народу божию, возвещающий ему падение и восстановление.

21-й век стал веком религии. Невозможность человеческого бытия без ощущения чего-то большего, чем он сам в себе и своей ситуации порождает большое количество экзорелигий. Вы можете верить в переселение душ и одноременно бороться за место в социальном лифте, связывать свою жизнь с верой в ценности трансгуманизма или же в скорое освоение планет, подобных нашей и возможность умотать от всех местных дебилов, так же можно быть веганом или фрукторианцем и, главное – переходить из религии в религию. И за каждым явлением экзорелигии сегодня стоит индустрия, которая дарит смысл без подвигов взамен на время жизни, миссионерство и деньги.

Здесь нет никакой конспирологии. Это связано с новой моделью времени в сознании. В традиционных культурах мы знаем два типа времени – линейное время авраамических религий, и спиральное время восточных и языческих культов. Время современности – это скорее напластование пикселов в трех цветовых слоях оптической матрицы. Все, что остается у нас от того, что принято называть реальностью – лишь потребность в религии, в идее значимости себя через принадлежность к чему-то большему. Все остальное – по обстоятельствам.

продолжение следует…

 

Василий Мельниченко

Назад
Комментариев нет
Комментариев пока нет, будьте первым.

Добавить комментарий